Магия жизни

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Магия жизни » Термины » Лярвы


Лярвы

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

Существа и сущности: Лярвы
Все болезни от нервов, и только одна - от удовольствия.

Насколько принято утверждать, будто все болезни от нервов, настолько же можно заявить, что источником вселенского зла являются лярвы.

Первым парнем я был во дворе
Всех девчонок я знал очень близко
Но ужасно не нравилось мне,
Что меня называли "сосиской".

Их иногда называют "бесами", "духами", "одержимостью", "болезнями", "паразитами", "подселенцами" . Вполне возможно, что лично у Вас существует свое собственное слово для обозначения лярв. Тем не менее полезно было бы сначала сформулировать , что же именно будет подразумеваться под "лярвой" здесь и ниже.

Что-то хочется, а кого- не знаю. А кого знаю, того не хочется.

Лярва - энергоформа, существующая на/в биополе человека. В отношении к энерообмену лярва-рецепиент. Существование лярвы напрямую зависит от донора, состояния его физического тела, а также тонких тел. Поэтому лярва , как правило, заинтересована в жизни донора. Тем не менее, лярва часто ( если не всегда) становится причиной угасания и гибели человека, так как она растет с течением времени, внедряясь все глубже в тонкие тела человека и в физическое тело. По мере роста лярвы увеличивается ее потребность в энергии, в результате чего носитель оказывается истощен. Иногда лярва покидает его до смерти, но большинство лярв стремятся получить всю возможную энергию. Разумеется, речь идет в данном случае лишь о движении энергий: персонификация лярв, конечно, возможна и ,более того, она широко распространена, однако же природа их ,скорее, энергетическая и только. В то же время далеко не всякая лярва способна осуществить реальный отъем энергии у человека, так как определенный защитный барьер есть у любого человека, если он не ослаблен чем-либо. К примеру, другими лярвами. Лярвы могут конфликтовать между собой, и в случае их полной несовместимости одна из них погибает. Впрочем, это случается реже, чем "мирное" сосуществование целого выводка лярв на одном человеке.

Критическим случаем я бы назвала полное "выхолащивание" индивидуальности человека и замещение его лярвой. Это те случаи, когда лярва занимает все биополе человека и располагает всей его энергетикой в полной мере. Все другие лярвы в таких случая вынуждаются к симбиозу, полностью подчиненному одной цели: получить возможно больше энергии для "человека", i.e. для лярвы. При таком стечении обстоятельств человек, то есть его физическое тело , представляет собой не более и не менее чем оболочку лярвы, ее физическое воплощение.

Лярва не болезнь в обычном понимании этого слова, тем не менее необходимость получать все больше энергии неизбежно влияет на окружающих донора. Поэтому группы людей, подверженных одному пороку ( то есть доноры одной лярвы) отнюдь не редкость, а ,пожалуй, даже наоборот.

Иногда под лярвами понимают "внутренние желания человека", " привычки". Также упоминается тот факт, что часть лярв порождается желаниями человека. Это неоднозначное утверждение. Скорее желания человека, порой совершенно нелогичные с точки зрения окружающих , прямой продукт существования лярвы. В то же время лярвы легко может быть создана самим донором --в том случае, если взаимодействие с подобной энергоформой принесет ему какие-либо блага ( или нечто, что данный человек под благом понимает). Так лярва , проявляющаяся в физическом мире анорексией --вне всякого сомнения, детище самого носителя, вернее, носительницы. Однако для успешного существования большинства наиболее опасных лярв необходимы дополнительные условия : в случае анорексии---социальный заказ на определенный фенотип женщины, считающийся "успешным".

Лярву вернее всего представлять шариком энергии, сгустком. Видящие могут опознать ее по темному ( или необычного, неестественного цвета) пятну в ауре. Сенситивы , которые предпочитают описывать явления через , скажем, символы тактильных ощущений, говорят о пробоях, воронках в ауре, или же, наоборот, вязких, тягучих областях. Лярва может казаться "налипшей" на биополе, тогда она по мере собственного роста покрывает его подобно плесени или мутной пленке. Но наиболее опасные лярвы внедряются довольно глубоко и в самых сложных случаях могут перекрывать энергопотоки человека или даже блокировать какие-либо чакры ( обычно Муладхару или Свадхистану---то есть накопление энергии становится заведомо невозможным, так как лярва подсоединяется непосредственно в чакрам, настроенным на получение и сохранения энергии).

Известно мнение, что " энергосгусток существует до тех пор, пока желание человека/порожденное им, лярвой/ не удовлетворено." Это одновременно и истина, и не совсем. Острая необходимость совершить что-либо ( или не совершать чего-либо для сохранения энергии ) , конечно , на время утихнет. Во время этой паузы лярва должна поглотить полученную энергию и , если можно так выразиться, "увеличиться в размерах". Но именно это и повлечет за собой возникновение новой волны той же самой потребности у самого человека.

Лярва, поселившаяся в ауре человека может продуцировать аналогичные лярвы и "заражать" ими других людей. Тем не менее, по сути, это одна и та же лярва. Подобные лярвы связаны между собой и питают друг друга. Фактически, лярвы--продукт энергетической жизнедеятельности людей, независимо от того, имеют ли о ней четкое представление или нет.

Иногда вводится особый термин "энергоинформационнае паразиты". Все же поставить знак равенства между ними и лярвами как таковыми нельзя. Дело в том, что ЭИП существует отдельно от конкретных людей, то есть не привязан к одному тонкому телу донора. ЭИП связан множеством каналов со многими донорами. Сила ЭИП определяется количеством доноров, которое исчисляется сотнями и тясычами отдельных людей. Часто лярвой называют канал , который удерживает человека в зависимости какого-либо ЭИП.

Можно встретить и такое понятие как "положительная лярва". То есть это некая сущность, которая питается энергией донора, но не приносит донору видимого ущерба. Так как возможности исследования тонких тел человека ограниченны , то критерием полезности лярвы видят состояние физического тела человека. Реально ли в таком случае говорить о "полезности" в полном смысле этого слова? Та же лярва аскезы не может полагаться однозначно полезной, так как в медицине в ряде случае определяется как невроз навязчивых состояний . Более того, физическое тело не всегда получает некую декларируемую пользу, а наоборот оказывается втянутым в энерговзаимодействия, которые истощают его еще сильнее. Споры о диетах --самый живой пример неоднозначности лярв.

Случается ли "мирное" сосуществование человека с лярвой? Скажем так, любое со-существование есть состояние баланса между интересами сторон. То есть ситуация, являющаяся одинаково выгодной и для лярвы, и для человека. Когда целью человека является не энергия, а нечто другое ( успех, состояние опьянения, накопление, ЧСВ) , то его интересы и потребности лярвы не пересекаются. Человек тратит энергию на нечто, представляющееся ему важным, а лярва получает эту энергию и предоставляет человеку нечто, что он воспринимает как результат собственных усилий. Однако, по мере достижения цели ( или приближения к ней) , затраты на лярву становятся все большими, и человек уже сам начинает нуждаться в энергии, что "привыкла" получать лярва. Хрупкое равновесие , наблюдавшееся вначале, рушится, так как предмет стремлений оказался яблоком раздора. Увы, если человек не представляет себе полной картины ситуации, то победа почти всегда останется за лярвой. В представлении человека он ведет борьбу с самим собой. На это у него (нее) уходят дополнительные собственные энергетические ресурсы. Лярва же может черпать энергию и из окружающих , и ее запасы практически неистощимы. Когда же человек сдается и прекращает борьбу, то все , что он смог "отвоевать" у лярвы мгновенно оказывается в ее распоряжении и стимулирует ее дальнейший рост и , следовательно, рост ее потребностей.

Если против вампира не помогает святая вода и крест, значит, что-то из трех ненастоящее.

© сойт, 2001

0

2

Одержимость лярвой внешне настолько схожа с одержимостью любовной или одержимостью идеологической, что изрядное количество населения полагают подселение лярвы интересующему их персонажу хорошим решением для их собственных проблем. Даже если отбросить этические нормы или принятые в магии понятия «опасности» некоторых действий, сие решение представляется глупейшим из возможных. Прежде чем пытаться наколдовать лярву, стоит попробовать постичь логику и сущность этих созданий. Благо она – крайне незатейлива.

Что же такое «лярва»? Важно понимать, что в отличие от ментальных и более плотных – энергетических построений лярва- живое существо. Не плотное, пощупать его нельзя. Точнее – сначала нельзя. Ибо лярва – паразит, а паразит, хорошо питаясь, может обрасти даже и плотью – иначе откуда берутся «доброкачественные» опухоли ни с того ни с сего? Иной раз если приглядеться ко многим видам полипов, бородавок, то с удивлением видишь, что оттуда на тебя тоже кто-то внимательнейшим образом смотрит. Это не странно: организм рано или поздно обнаруживает подселенца, который ведёт себя всё разнузданнее день ото дня, и либо стремится от него загородиться, либо «отрастить ему» отдельное место обитания: «чтобы не мешал». Вне сомнений – увеличенная печень любителей хорошенько заложить за воротник объясняется циррозом. Но если спросить меня, где же живут лярвы алкоголизма, то ответ будет очевиден: там, где стало больше места, плоти.

Другое отличие от магических неживых созданий – это способность лярвы самостоятельно решать вопросы «прокорма» и собственной безопасности. Фактически после успешного создания и подсадки лярвы определить, кто постарался, можно только способами юридическими: отвечая на вопрос Qui prodest.

Понятийный мир лярв небогат. Знают лярвы только два «кодовых слова» - «жрать! – жрать нечего!» соответственно и реакция на первую команду – лишь одна. Вот на вторую…..что касается второй – не всё так просто. Сама по себе лярва не делает ничего. Это важно. Лярва не заставляет человека пить, курить, колоться, снова и снова возвращаться к тому, старому и давнему, партнёру. Лярва как таковая здесь не причём. Ну, почти. Сроднившись с носителем, лярва ориентирует его на пищу известного (и необходимого ей) сорта, вкуса, качества.

Что же ест лярва? Существует два типа лярв – те, что живут за счёт некой энергии, которая предназначается «носителю». Она возникает в ходе употребления носителем некой пищи, напитков, препаратов или же в процессе общения или деятельности определённого рода. Условно – она разделяет с донором стол и кров. Другая категория лярв предпочитает (сама или поскольку была намеренно так сориентирована создателем) продукты переработки донором тех самых продуктов пищи или же энергии, получаемой по коммуникативному каналу. Образно говоря, каким-то лярвам интересен табачный дым на вдохе, а каким-то – на выдохе. Одним нужно, чтобы донор пил, другим – чтобы напивался. Одним – чтобы доводил кого-то до оргазма, другим – чтобы кончал сам.

Хомяк, который думает, что умирает от счастья,
на самом деле жертва ожирения.

Лярва неприятное явление по многим причинам. Главная – она представляет собой чужое включение внутри суверенного, отдельного и свободного существа, поселившееся там против его воли (или, во всяком случае, без разрешения). Второй момент: лярве никогда не «хватит». Лярва жадно по сути своей. Она ест, следовательно, становится больше, растут и потребности. Нужно кормить обильнее, нужно кормить чаще. Кроме вопиющего нарушения границ чужого личного пространства есть и фактор вторжения в организм. И это третий аспект вреда, который будет нанесён донору. Так как потребности увеличиваются, лярве жизненно важно закрепиться на доноре прочно, и она вцепляется в жертву мёртвой хваткой, пробираясь всё глубже в его уклад жизни, в его привычки, в него самого. Сначала лярва атакует (или подкидывается кем-то) извне. Из окружающего мира, что называется, цепляется ситуативно, например – по социальным, групповым, общенческим линиям. Человек может попробовать наркотик «за компанию», «потому что модно», лечь с кем-то в постель, потому что «неудобно отказать». Не встретив сопротивления, лярва зависает и качается на излучении астрального плана. Пьют – для «поднятия настроения», шоколадом – заедают расстройства. А далее лярва перебирается с астральных (чувственно-эмоциональных) потоков на эфирные. Без «порока» уже и жить неуютно. С утра, пускай и на голодный желудок, покурить «совершенно необходимо», иначе и не проснуться никак. Ещё немного и лярва может мигрировать уже на физическое тело. Рак лёгких, образования на шейке матки, генитальный герпес, рак простаты: лярвам будет, где жить.

Вот что плохо в питье водки с утра -
трудно будет провести день разнообразно.

Но даже если не запускать ситуацию так далеко, с лярвой жить не слишком уютно. Например, точка внимания всегда будет неестественно смещена в сторону того, что приносит лярве корм. Вы зовёте человека в ресторан, а он не идёт: там же нельзя курить. Другой – постоянно опаздывает: не может пройти мимо слот-центра, не закинув пары жетонов в автомат «на удачу». Эфемерная, казалось бы, лярва вызывает совершенно объективные неприятности.

И наконец, если лярва употребляет нечто в пищу, то логично, что она во-первых, растёт (и растут её потребности и влияние на жизнь донора), и во-вторых, выделяет нечто своё, собственное, переработанное. К примеру, симптомы, обычные для любого похмелья, частенько обогащаются собственными, индивидуальными, но от этого ещё менее приятными нюансами. Обычно это похоже на отравление – рвота, испарина и прочее. Любой врач скажет, что произошло отравление токсинами. А реакция – она же всегда индивидуальна. Но если в случаях с похмельем причин для интоксикации достаточно и кроме лярвы с её «отходами жизнедеятельности», то куда как загадочнее, когда человек обнимает фаянсового друга после бурной ночи с очередным партнёром. Удивляться, впрочем, нечему: организм стремится любым способом изгнать если не незваного гостя, то хотя бы то, что гость притащил на хвосте. Удаётся это лишь в редких случаях. Чаще всего лярва, сытая, притихает на время, человек же забывает, каким недомоганием обернулась пьянка/гулянка/новое знакомство/возвращение к старым привычкам и т.д. И всё повторяется заново. Много, много раз – пока тело не начнёт разрушаться, или пока боги не решат, что «этому хватит» (что вообще-то одно и то же).

— Дети, кто принес в школу крысу?!
— А это не крыса, это австралийская такса!
— Да мне по фигу: кошка съела, значит, крыса!

Но случается и так, что в райских, то есть лярвских кущах наступают чёрные деньки. И ещё более «чёрными» они становятся для носителя лярвы. Пока пища есть, (и пока организм от этой пищи не начал рассыпаться на запчасти, как это случается, например, при возникновении упоминавшегося уже цирроза печени у алкоголиков) лярва мирно её употребляет. Донор для неё остаётся ценным, прекрасным другом. Лярва никогда не будет специально вредить тому, кто исправно откармливает её: ни чувств, ни мыслей у неё нет и быть не может – потому инстинкт ей подсказывает безошибочно: донор – ценен (помните логику вампиров?) Да, она отравляет его собой, да, его организм, пытаясь лярву прогнать, может легко убить самого себя, но это косвенный вред. При хорошем симбиозе даже продукты жизнедеятельности лярвы могут быть не так токсичны: ну есть, ну – ест. Разве жалко? Беда (с точки зрения самой лярвы в первую очередь!) наступает, когда начинаются перебои с поставками «вкусного». Блаженное состояние сытости сменяется у лярвы беспокойством, она начинает «интересоваться, что же там происходит». Первая реакции лярвы – попытка обожрать, «обкусать» вокруг себя. Обычно для донора она сопровождается острейшей болью – вплоть до физической. Как правило, после нескольких таких «укусов» донор начинает соображать, отсутствие какого именно компонента его привычной жизни вызывает жуткую боль. И привыкает её останавливать – опохмеляться, например. Если же донор попался лярве непонятливый или упрямый, то она будет причинять ему всю большие мучения – только чтобы нужная пища поступила снова. И теперь уже не до раздумий – лишь бы погасить приступы: донор становится всё менее разборчив в выборе пищи-наркотика-партнёров-средств достижения целей, он готов сделать всё ,что угодно, лишь бы его опять не начали жрать изнутри. Иногда лярва начинает тренировать донора – и боль приходит даже, когда пища доставляется по графику и в избытке: приворожённые с помощью лярвы часто становятся ненасытны по отношению к объекту страсти, ревнивы до безумия, хотят всё время слышать уверения в ответных чувствах. Ему страшно утратить источник питания для собственной лярвы. Сам того не подозревая он уже мыслит её, лярвы, категориями и подчиняется её же ценностным параметрам. Приворожённый может впадать в форменную истерику, теряя из вида «любимый» объект хотя бы на час. Но и данное положение вещей долго не длится. Так как лярве всё меньше хватает пищи, то она будет искать возможность распространить свои пищевые привычки и найти второго донора. И именно «приворотным» лярвам сделать это проще всего: на другом конце канала болтается сразу столько вкусного, столько нового! Точнее – знакомого и уже ставшего таким привычным деликатеса. Заказчики или исполнители подобных приворотов «для себя» рано или поздно встречаются со своими творениями лично. И очень, очень близко с ними знакомятся, но уже в ином качестве.

© сойт, февраль 2007

0

3

Главное отличие лярвы от сущности высшего плана – отсутствие личности, вернее отсутствии творческой или сходной с творческой энергии, если она не направлена на добычу пищи. Лярве нет в ней нужды, лярва существует в обход такой понятийной ниши. Поэтому маги, колдуны, ведьмы и все прочие, этим даром наделённые a priori полагают себя сильнее, изворотливее и удачливее каких-то там паразитов. "Уж на мне-то, или во мне-то, да такое?! Никогда и ни при каких обстоятельствах!" – решают они. Однако же тема интересна, и все скопом решают учиться лярв создавать и в своих целях использовать.

"Отдам глиста в надежную ж***."

Если лярву подсаживать – нужно чётко понимать зачем. Точнее, как именно это «зачем» будет реализовываться. Никакой абстракции – банальная схема действий, пошагово. Любые туманные формулировки и вечное «тяп-ляп « и «как-нибудь так» в играх с лярвами могут закончиться плохо. Фактически, чтобы понять, что это такое – нужно все лишь один раз установить хороший пружинный капкан, взявшись руками за опасные части. Да, в обычных условиях вам это в голову не залетит, так кто ж здесь говорит про обычные условия? Словом, если воображение богатое – то понятно, что любитель риска, держа капкан за рабочие части и разгибая его, рискует остаться без пальцев – а то и вовсе без рук. Капкану бесполезно объяснять разницу между человеком и медведем, более того – между собой и чужим. Для капкана всё, что попалось – медведь. Для лярвы – всё, что позволило сожрать – пища. Мой медведь. Мой завтрак-обед-ужин-и ещё один завтрак. Моя прелессссссссть. Всё, что не позволило сожрать себя сразу – очень хитрая пища. Но быстро ли эта пища бегает, читает ли (а то и пишет самолично!) умные книги об изгнании паразитов, лярве всё равно и наплевать. Для лярвы она пищей быть не перестаёт. Именно об этом не стоит забывать тем, кто специализируется именно на установке капка…ах, простите, на лярвоведении, лярворазведении и лярвовыведении.

Мы всегда в ответе за тех,
кого мы экзюпери.

Занятно, но техники создания сущностей можно обнаружить в самых что ни на есть брошюрках для начинающих. Берите, дорогие, пользуйтесь на здоровье. И юные ведьмаги (или не очень юные, но столь же "опытные" и "мудрые") приступают к процессу. Огромное количество сущностей создаётся только ради практики. Большинство – до того, как создатель овладел навыками развоплощения. Да и зачем развоплощать? Иной колдун лет юных представляет собой эффектное зрелище: вот выступает он, а вот за ним группа сопровождения из сущностей, им же и созданных. Огромная удача, если при создании им были предоставлены необходимые для существования ресурсы. Но везёт эдак – нечасто. А поскольку контролировать свою свиту колдун не может, не хочет, не умеет или ему просто на всё плевать, то свита в некий условный момент начинает исчезать. Большинство – погибает. Но некоторые приспосабливаются. Прилепляются к жертве (для начала пробуют прилепиться к самому колдуну) и растут. Идёт время, копится сила, копится опыт. Однобокий. Но прагматически заточенный. Сам же колдун развивает видение, учится отличать разных лярв, обретает хватку в изгнании. И по мере знакомства с ними всё очевиднее тот факт, что не застрахован от плотного знакомства с подселенцами никто. И прежде всего – он сам.

Помните стандартные формулы в ритуале экзорцизма? "Изгоняю вас, все духи злые, земные, неземные, адские" и т.д., в зависимости от источника и конфессии. Главное слово - "все".

Когда работаешь - ты один круг кладёшь для, кхм, загостившихся, а второй - (ну минимум) защитный. В котором сам и стоишь. Хм. Впрочем, есть любители, которые ставят два защитных круга, и вот здесь и начинается самое интересное. Произносится волшебная формула. А потом - классический сюжет "о***ть, дайте две". Между двумя защитными кругами имеем только что попавшего под формулу демона (сущь, лярву, паразита) который не менее удивлённо и непривычно чувствует себя снаружи экзорциста.

Зачастую людям не так важно знать себе цену,
как уметь ее скрывать.

Так, вероятно, чувствует себя доктор клиники паразитологии, которому коллега принёс показать, что, собственно, сидело внутри у него самого. Большинство магов никогда не признаются в том, что у них есть слабости, привычки, зависимости, то, что и служит приманкой и пищей для лярв. Печально, что некое условное "реномэ" тянет за собой безусловно печальные последствия.

© Сойт, февраль-октябрь 2007

взято тут - http://soit.ru/info/attack/

0


Вы здесь » Магия жизни » Термины » Лярвы